Нижестоящие суды сочли, что применение к одному из супругов правила об освобождении от исполнения обязательств не исключает в дальнейшем возможность признания обязательств общими в деле о банкротстве другого супруга.
Фабула
В 2011 году Марат Валеев (заемщик) заключил со Сбербанком кредитный договор, по которому заемщику был предоставлен кредит в сумме 1,17 млн рублей.
Впоследствии требование по кредитному договору Сбербанк уступил ООО «НБК».
А Валеев был признал банкротом. И в марте 2023 года суд включил требование «НБК» в размере 619 тыс. рублей в реестр должника.
При этом в отношении супруги должника Наили Валеевой в 2021 году также возбуждалось дело о банкротстве. В декабре 2021 года суд завершил процедуру банкротства Валеевой, освободив ее от обязательств перед кредиторами.
В рамках банкротства Марата Валеева «НБК» потребовало в суде признать обязательства по кредитному договору общими обязательствами супругов Валеевых.
Суд первой инстанции, с которым согласились апелляция и кассация, удовлетворил заявление «НБК».
Супруги Валеевы пожаловались в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор.
Что решили нижестоящие суды
Удовлетворяя заявление общества «НБК», суды исходили из того, что заемные обязательства возникли в период брака, кредит предоставлялся на потребительские цели, приняли во внимание общность семейного бюджета, отсутствие сведений об объективном расхождении в рассматриваемом случае целей и интересов супругов, констатировали непредставление ими доказательств, опровергающий общий характер обязательств.
При этом суды отклонили возражения об освобождении Наили Валеевой от исполнения всех обязательств, включая спорное, судом в деле о ее банкротстве, сославшись на то, что эти возражения носят формальный характер, направлены исключительно на избежание обращения взыскания на общее имущество супругов.
Суды сочли, что применение к одному из супругов правила об освобождении от исполнения обязательств не исключает в дальнейшем возможность признания обязательств общими в деле о банкротстве другого супруга.
Что думает заявитель
Супруги Валеевы настаивают на том, что после завершения процедуры реализации имущества жены и освобождения ее от долгов ранее возникшие обязательства мужа уже не могли быть признаны общими.
Что решил Верховный суд
Судья ВС И.В. Разумов счел доводы жалобы заслуживающими внимания и передал спор в Экономколлегию.
Что в теории
Согласно пункту 3 статьи 213.28 закона о банкротстве после завершения процедуры реализации имущества гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе в отношении требований, не заявленных в ходе банкротства.
Исключение из этого общего правила составляют требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту завершения процедуры реализации имущества, а также требования, указанные в пунктах 4 – 6 статьи 213.28 закона о банкротстве (далее — непрекращающиеся обязательства).
К числу исключений (непрекращающихся обязательств) законодательство о банкротстве не относит такие обязательства гражданина, по которым помимо него имеются иные солидарные должники, в том числе в силу общности обязательств супругов, указанных в пункте 2 статьи 45 Семейного кодекса.
Таким образом, судебный акт об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств в равной степени распространяется как на обязательства гражданина, по которым он отвечает один, так и на те его обязательства, по которым он отвечает наряду с другими лицами, в частности вместе с супругом, пояснила Экономколлегия.
Это означает, что после завершения процедуры реализации имущества одного из супругов в силу пункта 1 статьи 408 Гражданского кодекса и пункта 3 статьи 213.28 закона о банкротстве общие обязательства этого и второго супругов трансформируются в личные обязательства второго супруга, которые погашаются за счет его имущества и его доли в общем имуществе супругов в соответствии с положениями пункта 1 статьи 45 Семейного кодекса и пункта 7 статьи 213.26 закона о банкротстве.
По существу
В рассматриваемом случае обязательства по кредитному договору не относятся к числу непрекращающихся. Они возникли до возбуждения дела о банкротстве Наили Валеевой.
Ввиду последующего освобождения Валеевой от долгов в деле о ее банкротстве эти обязательства, даже если ранее они и являлись общими обязательствами супругов, перестали быть таковыми, перейдя в разряд личных обязательств Марата Валеева. После этого Наиля Валеева не могла быть признана лицом, на стороне которого сохраняется обязанность осуществить исполнение по кредитному договору.
С учетом изложенного, оснований для удовлетворения заявления «НБК» не имелось, подытожил ВС.
Итог
ВС отменил акты нижестоящих судов и отказал в удовлетворении заявления «НБК».
Почему это важно
Вопросы, которые касаются общих долгов супругов в банкротстве, недостаточно урегулированы банкротным законодательством и на практике возникает много неоднозначных ситуаций. Подход ВС РФ мне кажется верным, поскольку к «освобожденному» должнику повторно нельзя предъявить требования, используя механизм признания долгов общим обязательством. Вместе с этим, позиция ВС РФ создает много проблем для кредиторов. Например, из сформированного подхода следует, что кредитору нужно отслеживать банкротство не только своего должника, с которым заключен договор, но и его супруга. Вместе с этим, на практике требование о признании долга общим заявляется только в банкротстве основного должника. Кредитор не может включиться в реестр или возбудить дело о банкротстве супруга должника, мотивируя это наличием общего долга. Таким образом, позиция ВС РФ ставит кредиторов в невыгодное положение.
Анна Андреева, юрист Адвокатское бюро «КИАП»