ВС отменил отказ во взыскании убытков с гендиректора за невыгодные сделки

ВС отменил отказ во взыскании убытков с гендиректора за невыгодные сделки
Источник: probankrotstvo.ru
Время чтения: 70 минут

Определение ВС представляет собой не просто документ, а путеводитель для правоприменительной практики, отмечают юристы.

В период, когда Роман Кондрашкин был гендиректором ООО «Сервис 2412», компания продала 102 автомобиля аффилированной с руководителем структуре. Кроме того, Кондрашкин одобрил неоднократное снижение размера платы за переданные «Сервис 2412» в аренду нескольким контрагентам автомобили. После того как Кондрашкин сложил с себя полномочия гендиректора, «Сервис 2412», проведя аудит совершенных им сделок, потребовал взыскать с экс-руководителя несколько десятков миллионов рублей убытков. Апелляционный и окружной суды отказались взыскивать убытки с Кондрашкина. Но жалобами «Сервис 2412» (1 и 2) заинтересовался Верховный суд, который отменил акты нижестоящих судов и направил спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции (дело А40-143247/2022). 

Фабула

Роман Кондрашкин с 16.02.2016 по 25.12.2019 года был гендиректором ООО «Сервис 2412», занимающегося сдачей в аренду легковых такси.

Одновременно Кондрашкин был единственным участником ООО «Стримавто». Именно с этой компанией ООО «Сервис 2412» в сентябре 2018 года заключило договор купли-продажи транспортных средств.

По условиям договора «Сервис 2412» передал в собственность «Стримавто» 102 транспортных средства (32 Skoda Octavia 2015 года выпуска и Skoda Rapid 2015 года выпуска). При этом общая цена составила всего 15,8 млн рублей.

В связи с наличием сомнений в целесообразности заключения договора по указанной цене новый гендиректор «Сервис 2412» принял решение о проведении оценки стоимости транспортных средств, являвшихся предметом договора.

Привлеченный компанией специалист в подготовленном в июне 2022 года заключении указал, что рыночная стоимость 32-ух автомобилей марки Skoda Octavia 2015 года выпуска по состоянию на 19.09.2018 составляла 20,2 млн рублей, а рыночная стоимость 70-ти Skoda Rapid 2015 года выпуска — 43,2 млн рублей.

После чего «Сервис 2412» потребовал в суде взыскать с Кондрашкина 47,7 млн рублей убытков.

Суд первой инстанции иск удовлетворил. Но апелляция, с которой согласился суд округа, отменила решение суда первой инстанции и отказала в иске. «Сервис 2412» пожаловался в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор.

Также ВС решил рассмотреть еще один похожий спор с теми же участниками, но связанный с взысканием с гендиректора убытков за незаконное занижение арендной стоимости автомобилей. По мнению «Сервис 2412», следствием необоснованного снижения Кондрашкиным арендной платы стали некомпенсируемые расходы по лизинговым платежам в адрес лизинговых компаний. 

Что решили нижестоящие суды

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из доказанности истцом недобросовестности и неразумности действий Кондрашкина, повлекших неблагоприятные последствия для «Сервис 2412».

Кондрашкин был заинтересованным лицом, поскольку в «Сервис 2412» (продавец) он являлся гендиректором, а в ООО «Стримавто» (покупатель) единственным учредителем.

Кроме того, спорная сделка не является сделкой, осуществленной в рамках обычной хозяйственной деятельности общества, поскольку ее цена значительно отличается от аналогичных сделок, заключенных «Сервис 2412» в указанный период времени.

Наконец, Кондрашкин не получил одобрения сделки с заинтересованностью.

Установив, что совершение данных сделок отвечало интересам только самого Кондрашкина и было совершено с целью личной выгоды в отношении подконтрольного Кондрашкину ООО «Стримавто», суд первой инстанции, определив размер убытков на основании представленных «Сервис 2412» заключения и отчета, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания убытков.

Между «Сервис 2412» и «Стримавто» фактически, по мнению суда апелляционной инстанции, сложились правоотношения аренды с выкупом (сублизинга), что следует из системного анализа договоров аренды. Положениями договоров аренды/сублизинга стороны определили конечный срок договора сублизинга, а также порядок определения стоимости выкупа предметов лизинга.

Суд апелляционной инстанции учел тяжелое финансовое состояние «Сервис 2412» с августа 2018 года по ноябрь 2018 года, принял во внимание, что реальность возможного получения «Сервис 2412» дохода по спорному договору купли-продажи в заявленном размере в качестве упущенной выгоды истцом не доказана, а расчет упущенной выгоды носит предположительный характер и не свидетельствует о возможной реальности ее получения.

Также апелляция установила, что в заключении специалиста о рыночной стоимости транспортных средств не были учтены индивидуальные характеристики объектов оценки и характер реализации имущества единым лотом.

Кроме того, Кондрашкин представил экспертное заключение на заключение специалиста, подготовленное по просьбе «Сервис 2412», в котором эксперт пришел к выводу о том, что представленный для исследования документ не являлся отчетом об оценке и не может быть использован для подтверждения рыночной стоимости объекта оценки в суде.

По мнению апелляции, «Сервис 2412» не доказал, что спорные транспортные средства находились в хорошем техническом состоянии. Кондрашкин, в свою очередь, представил договоры купли-продажи спорных ТС, согласно которым, после их приобретения «Стримавто», удалось реализовать Skoda Rapid по цене, которая по совокупности существенно ниже, чем та, за которую они были приобретены, что опровергает доводы истца о занижении Кондрашкиным рыночной стоимости ТС и наличии убытков.

Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что обстоятельства, установленные при рассмотрении дела № А40-219509/2021, не являются преюдициальными, поскольку предметом рассмотрения того дела являлись иные обстоятельства, не связанные с продажей спорных автомобилей.

Также суд апелляционной инстанции исходил из того, что участник истца не представил доказательств, подтверждающих невозможность реализации его прав по контролю деятельности общества, а также участия в принятии решений о заключении сделок и определении их существенных условий, с учетом того, что налоговая отчетность ООО «Сервис 2412» сдавалась в 2017 и 2018 годах, а настоящий иск подан ООО «Сервис 2412» после ухода Кондрашкина с поста гендиректора.

По мнению суда, участник ООО «Сервис 2412» должен был узнать о совершении всех сделок за 2018 год до 01.04.2019 года, а иск к Кондрашкину был подан 15.07.2022 года, то есть с пропуском срока исковой давности, в связи с чем суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отмене решения суда первой инстанции и отказе в удовлетворении исковых требований.

Что думает заявитель

«Сервис 2412» указал, что суд апелляционной инстанции в нарушение части 2 статьи 268 АПК принял новые доказательства (экспертные заключения, бухгалтерские справки). При этом суд первой инстанции отказался приобщать указанные доказательства ввиду злоупотребления ответчиком правами.

«Сервис 2412» полагает вывод суда апелляционной инстанции о квалификации договора купли-продажи как составной части договора выкупного сублизинга противоречащим обстоятельствам, установленным при рассмотрении дела № А40-219509/2021, имеющим преюдициальное значение (при рассмотрении этого дела суды пришли к выводу, что спорный договор купли-продажи является самостоятельной сделкой).

«Сервис 2412» считает, что лизинговая деятельность является самостоятельным видом инвестиционной деятельности, при этом лизингодатель должен соответствовать предъявляемым требованиям закона. Между тем все автомобили приобретались «Сервис 2412» самостоятельно до заключения договоров аренды, а не по просьбе арендаторов. Первоначальная редакция договоров аренды не предусматривала переход транспортных средств в собственность арендаторов и не устанавливала их обязанность по выкупу.

Заявитель кассационной жалобы также выразил несогласие с выводами судов апелляционной и кассационной инстанций об экономической целесообразности договора купли-продажи с учетом занижения его цены в четыре раза.

Истец указал, что подпункт 1 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» устанавливает презумпцию недобросовестности действий (бездействий) гендиректора при определенных обстоятельствах, которая считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица.

Кондрашкин является лицом, прямо аффилированным ООО «Стримавто», действующим при наличии конфликта между интересами истца и интересами «Стримавто».

Что решил Верховный суд

Судья ВС Е.Е. Борисова сочла доводы жалоб заслуживающими внимания и передала спор в Экономколлегию (1 и 2).

При совершении сделки по отчуждению легковых автомобилей Кондрашкин находился в условиях очевидного конфликта интересов, фактически передав имущество истца в собственность контролируемого ответчиком лица.

При этом единственный (контролирующий) участник общества «Сервис 2412» был лишен возможности выразить свою волю на совершение сделки, определение ее условий, включая условие о цене имущества, путем принятия решения о даче согласия на совершение сделки.

Истец также представил доказательства, подтверждающие занижение цены отчуждения легковых автомобилей относительно рыночного уровня (заключение специалиста), которые в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции не были опровергнуты Кондрашкиным.

Не соглашаясь с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для возмещения убытков, суд апелляционной инстанции сослался на то, что реальность возможного получения обществом дохода (упущенной выгоды) от отчуждения транспортных средств в заявленном размере не доказана истцом, а расчет упущенной выгоды носит предположительный характер.

В обоснование данного вывода апелляционным судом указано, что в заключении специалиста о рыночной стоимости транспортных средств не учтены индивидуальные характеристики объектов оценки и характер реализации имущества единым лотом.

Однако единственным участником общества «Сервис 2412» не принималось решение об отчуждении имущества «Сервис 2412» и, соответственно, не должны были совершаться приготовления к его отчуждению, включающие в себя поиск вероятных покупателей, согласование с ними цены, на условиях уплаты которой те или иные покупатели были бы готовы приобрести автомобили.

В сложившейся ситуации, с точки зрения Экономколлегии, истец был вправе определить размер причиненных ему убытков исходя из обычного размера выгоды, которая могла быть получена им при отчуждении соответствующих транспортных средств потенциальным покупателям в нормальных условиях оборота, без учета обстоятельств, ставящих под сомнение вероятность совершения сделки. Взыскание определенной таким способом величины убытков отвечает критериям достоверности и справедливости.

Приведенные судом апелляционной инстанции аргументы фактически сводятся к оправданию невозможности взыскания убытков с Кондрашкина его же собственным правонарушением, связанным с совершением сделки, которая, вероятно, не состоялась бы в отсутствие конфликта интересов.

Кроме того, соглашаясь с доводами Кондрашкина о невыгодности продолжения сдачи легковых автомобилей в аренду без выкупа в связи с активной работой на рынке агрегаторов такси как причины внесения изменений в договоры аренды, заключенные между «Сервис 2412» и «Стримавто», суд апелляционной инстанции не сослался на доказательства.

Изменение рыночной конъюнктуры, если таковое имело место, действительно могло служить поводом для пересмотра бизнес-модели деятельности «Сервис 2412», и директор вправе ссылаться на данные обстоятельства, объясняя иные причины возникновения убытков (абзац четвертый пункта 1 постановления Пленума № 62).

Вместе с тем из материалов дела не следует, что соответствующие решения о переходе на другую модель деятельности, предполагающую изменение условий взаимодействия истца с арендаторами автомобилей и обеспечивающую соблюдение интересов общества, были приняты в 2018 году его единственным участником — обществом «Командир» и (или) нашли отражение в иных документах общества, доведенных директором до сведения единственного (контролирующего) участника, утвержденных им.

Суд апелляционной инстанции принял во внимание заключения ООО «ГлавЭксперт», подтверждающие тяжелое финансовое положение «Сервис 2412» в период с августа 2018 года по ноябрь 2018 года и необходимость принятия мер по финансовому оздоровлению, а также заключение ООО «Волан М» на заключение специалиста, в котором сделан вывод о недостоверности оценки рыночной стоимости транспортных средств, представленной истцом.

Однако в силу статьи 268 АПК дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Суд апелляционной инстанции принял вышеуказанные заключения в качестве дополнительных доказательств, несмотря на то, что Кондрашкиным не были обоснованы уважительные причины, по которым данные доказательства не были своевременно раскрыты им в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции.

При этом, принимая новые доказательства, суд апелляционной инстанции сослался лишь на то, что они имеет существенное значение для рассмотрения дела. Однако это противоречит статье 268 АПК.

В свою очередь, приняв дополнительные доказательства и положив их в основу вывода об отсутствии оснований для взыскания убытков с Кондрашкина, суд апелляционной инстанции в нарушение требований статьи 71 АПК не проверил их достоверность, не отразив в судебном акте результаты исследования содержания заключений и не указав мотивы, по которым приведенные в заключениях выводы признаны судом соответствующими действительности.

Таким образом, суд апелляционной инстанции и согласившийся с ним суд округа свои выводы об отсутствии оснований для удовлетворения иска, при наличии в материалах дела различных результатов внесудебных исследований, должным образом не мотивировали, выводы суда первой инстанции о необходимости удовлетворения иска, основанные на представленных истцом доказательствах, не опровергли.

Нельзя согласиться также с выводом суда апелляционной инстанции о том, что стоимость легковых автомобилей частично уплачена «Сервис 2412» со стороны покупателя в составе арендной платы (сублизинговых платежей).

Суд апелляционной инстанции вывод об уплате «Стримавто» стоимости автомобилей в составе сублизинговых платежей сделал без надлежащей оценки соответствия отношений сторон всей совокупности признаков договора выкупного лизинга (сублизинга), и не указал, в какой именно части цена автомобилей оплачена в составе сублизинговых платежей, то есть фактически доводы Кондрашкина в указанной части приняты судом апелляционной инстанции без их полноценной проверки.

При этом сам по себе факт внесения изменений в договоры аренды транспортных средств по инициативе директора Кондрашкина, находившегося в условиях конфликта интересов, не может служить достаточным подтверждением того, что договоры аренды в действительности являлись договорами выкупного сублизинга.

При таком положении выводы апелляционного суда об отсутствии у «Сервис 2412» имущественных потерь от отчуждения имущества не могут быть признаны законными.

К тому же, правомерность изменения Кондрашкиным условий взаимодействия с арендаторами ранее уже оспаривалась обществом «Сервис 2412» в рамках дела № А40-219509/21 Арбитражного суда Москвы.

Вступившим в законную силу постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-219509/21 с Кондрашкина в пользу «Сервис 2412» взысканы убытки, вызванные неправомерным изменением Кондрашкиным условий договоров аренды, заключенных со «Стримавто». В рамках указанного дела установлено, что директор, находясь в условиях конфликта интересов, безосновательно уменьшил величину арендных платежей, а также совершал сделки по прощению долга арендатору, противоречащие интересам общества.

При разрешении настоящего спора суд апелляционной инстанции не принял во внимание вышеуказанные выводы, сделанные судами в рамках дела № А40-219509/21 Арбитражного суда Москвы, несмотря на тождественный состав участников спора, но, в то же время, не указал на наличие каких-либо существенных обстоятельств, установленных в рамках настоящего спора, которые бы позволяли прийти к иной оценке соответствия поведения Кондрашкина интересам общества.

Также Экономколлегия не считает обоснованными высказанные апелляционным судом суждения о пропуске о «Сервис 2412» срока исковой давности для взыскания убытков с директора.

При проверке соблюдения юридическим лицом срока исковой давности для обращения в суд за возмещением убытков по пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса значение имеет не только момент совершения директором соответствующих действий, например, момент отчуждения имущества общества, но также обстоятельства, касающиеся сокрытия директором информации о совершенных им действиях от контролирующего участника.

При этом директор не должен получать неоправданное преимущество в защите в ситуации, когда информация о совершении сделки в условиях конфликта интересов была им намеренно сокрыта от участников общества, что объективно затрудняет защиту нарушенного права истцом.

Заявляя о пропуске срока исковой давности, бывший директор должен обосновать, что общество или его участник имели реальную возможность узнать как о конфликте интересов, так и о совершенных сделках, об их невыгодности до того, как полномочия директора были прекращены и не вправе ссылаться на то, что сокрытая им информация могла бы быть выявлена и ранее прекращения полномочий директора. Иными словами, давность определяется по потерпевшему (обществу), а не по нарушителю (директору).

В данном случае, формулируя вывод о соблюдении истцом срока исковой давности, суд первой инстанции сослался на то, что Кондрашкиным в период исполнения им обязанностей гендиректора «Сервис 2412» были искажены данные бухгалтерского учета (ненадлежащем образом отражены платежи по договору купли-продажи), сокрыты данные о заключенных договорах и их условиях вплоть до прекращения полномочий директора 25.12.2019 года.

Суд апелляционной инстанции, приходя к выводу о том, что о нарушении своих интересов «Сервис 2412» (общество «Командир» как контролирующий участник) должно было узнать из бухгалтерской (налоговой) отчетности за 2018 год, не позднее чем до 01.04.2019 года, оставил без какой-либо оценки обстоятельства, свидетельствующие о сокрытии информации о совершении сделок и их финансовых результатах, а также не указал, в чем состоит несоответствие выводов суда первой инстанции в указанной части обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

При таком положении вывод суда апелляционной инстанции о пропуске «Сервис 2412» срока исковой давности по настоящему делу не может быть признан правомерным, подытожил ВС.

Итог

ВС отменил акты нижестоящих судов и направил спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Второй спор также направлен на второй круг.

Почему это важно

Владимир Маркин, руководитель практики банкротства и корпоративных споров АБ Москвы «Диаметраль», отметил, что директор не уведомил участника о сделке, в которой имеет личную заинтересованность, и скрыл факт отчуждения автомобилей в пользу подконтрольного ему лица по заниженной стоимости. 

С учетом того, что в смежном споре уже было доказано причинение убытков директором, можно предполагать, что сделки действительно были заключены на невыгодных для общества условиях, а квалификация таких сделок в качестве сублизинга — лишь попытка директора прикрыть занижение цены сделки. Однако подход Верховного суда к порядку исчисления срока исковой давности в части определения момента, когда истец должен был узнать о нарушении права, представляется несколько рудиментарным. Я с большим трудом представляю, что общество в лице нового директора и участник общества на протяжении более трех лет не замечали продажу 102 автомобилей и, соответственно, отсутствие дохода от сдачи этих автомобилей в аренду, из которого формируется распределяемая прибыль. Принимаю во внимание и тот факт, что с 12.10.2021 года на рассмотрение АС Москвы поступило более 10 различных споров с теми же участниками (включая прекращенное банкротство ООО «Стримавто»). Исходя из этого, можно также предполагать, что последующее одобрение сделок молчанием участника общества имело место в соответствии с джентльменскими договоренностями, которые, вероятно, не были соблюдены, что и привело к многочисленным судебным тяжбам.

Владимир Маркин, руководитель практики банкротства и корпоративных споров Адвокатское Бюро г. Москвы «Диаметраль»

Роман Волкоморов, адвокат филиала в Тюмени МГКА «Бюро адвокатов «Де-юре», считает, что комментируемое определение Верховного суда представляет собой ценный инструмент для анализа типовых ошибок, совершаемых судами при рассмотрении исков о взыскании убытков с генеральных директоров. 

Оно является своего рода «картой ошибок», которую можно использовать для изучения правовых ситуаций и избежания повторения подобных ошибок в будущем. Из этого определения можно извлечь ценные уроки о том, что следует избегать, а также о том, на что нужно обратить особое внимание. Таким образом, оно представляет собой не просто документ, а путеводитель для правоприменительной практики. Например, предложен метод определения размера причиненных убытков исходя из обычного размера выгоды, которая была бы получена лицом при отчуждении имущества в нормальных условиях оборота, без учета ситуаций, которые могут вызывать сомнения относительно возможности осуществления сделки. ВС также подчеркнул необходимость проверки судами достоверности представляемых сторонами доказательств и отражения в судебном акте мотивов признания соответствующими действительности выводов, содержащихся в таких доказательствах.

Роман Волкоморов, адвокат тюменского филиала Бюро адвокатов «Де-юре»

Одновременно с этим, рассказал Роман Волкоморов, определение Верховного суда дает сторонам спора второй шанс на победу и восстановление своих прав.

«Так, пороки решения суда первой инстанции не поименованы в комментируемом определении. Поэтому, указывая только на недостатки апелляционного постановления и их неустранение кассационным судом, Верховный суд открывает новые перспективы для сторон и предоставляет им возможность исправить ситуацию. Таким образом, это решение Верховного суда является не только полезным инструментом для анализа ошибок, но и возможностью для сторон спора получить справедливое разрешение своего дела», — пояснил он. 

Судебное решение основано на ключевых функциях управляющего лица — добросовестности и разумности действий. А когда эти факторы не учитываются участниками сделок, появляются такие решения. В контексте данного спора, в первую очередь, стоит задуматься об «ответственном предпринимательстве», как со стороны ответчика, так и самих истцов. Все они являются предпринимателями либо в силу учреждения общества, либо, как исполнительный орган, несущий ответственность перед учредителями. Считаю, что может идти речь о распределении рисков и ответственности обеих сторон конфликта. Ведь учредители общества могли на любом этапе проверить деятельность директора и сделать соответствующие выводы. Тогда не было бы спора о пропуске срока исковой давности. Хотя выводы ВС относительно течения срока исковой давности заслуживают отдельного внимания. Полагаю, что только ответственное предпринимательство сможет снизить уровень беспечности руководителей организаций и соответственно негативных для них последствий. А такие решения Верховного суда необходимо вручать каждому начинающему директору как памятку.

Наталья Василенко, президент Союз арбитражных управляющих «Возрождение»

Никита Рогожин, юрист коллегии адвокатов «Смоленка 33», отметил, что одним из ключевых материально-правовых вопросов данного спора является возможность квалификации отношений между обществами в качестве правоотношения по договору выкупного сублизинга. 

При этом в судебной практике признается, что договор сублизинга является смешанным, содержащим в себе элементы договора субаренды и договора купли-продажи будущей вещи. От этого вопроса зависит то, насколько сделку купли-продажи транспортных средств по заниженной относительно рыночного уровня цене можно считать экономически оправданной. Как известно, директор может опровергнуть презумпцию невыгодности сделки, совершенной в условиях конфликта интересов, доказать, что конфликт не повлиял на совершение им сделки и определение ее условий. Стоит согласиться с позицией ВС, что стоимость легковых автомобилей была уплачена не в составе сублизинговых платежей, поскольку закон предусматривает ряд конститутивных признаков правоотношений по выкупному лизингу, которые отсутствуют применительно к настоящему спору. В таких условиях, очевидно, что отмеченная презумпция не была опровергнута директором общества, аффилированного с контрагентом. Кроме того, ВС справедливо обращает внимание на нарушения нижестоящими судами норм процессуального права, в том числе нормы о преюдиции и правил о принятии дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции.

Никита Рогожин, юрист Коллегия адвокатов «Смоленка 33»

Таким образом, позиция ВС заслуживает поддержки, отметил Никита Рогожин.

«Нельзя сказать, что она является принципиально новой для российской судебной практики, однако она исправляет грубые ошибки нижестоящих судов и в очередной раз фиксирует основания ответственности директоров в спорах о взыскании корпоративных убытков, что нельзя не приветствовать», — указал он.

Дмитрий Казанков, старший юрист АБ «КИАП», считает, что позиция ВС РФ, изложенная в комментируемом определении, представляется обоснованной, поскольку очевидно, что при наличии конфликта интересов сторон сделки со стороны ответчика следовало предпринять действия, направленные на согласование ее условий с единственным участником общества, что исключило бы последующие претензии к нему о взыскания убытков.

Довод суда апелляционной инстанции в части возможности у единственного участника общества контролировать деятельность общества не объясняет причин игнорирования ответчиком положений закона об ООО об обязанности доведения до единственного участника общества информации о сделке, в совершении которой ответчик является заинтересованным лицом, а принимая во внимание представленные в материалы дела доказательства искажения данных бухгалтерского учета общества, о чём указано в решении суда, можно согласиться с позицией ВС РФ о том, что приведенные судом апелляционной инстанции аргументы «фактически сводятся к оправданию невозможности взыскания убытков с Кондрашкина его же собственным правонарушением». Вероятно, что для вынесения обоснованного решения суду первой инстанции необходимо было проанализировать представленные ответчиком доказательства, даже несмотря на незаблаговременное их представление, а также рассмотреть вопрос о назначении по делу экспертизы.

Дмитрий Казанков, старший юрист Адвокатское бюро «КИАП»

Управляющий партнер ЮФ «Медко Групп» Виталий Медко отметил, что ВС в очередной раз коснулся наболевшего вопроса оценки доказательств при корпоративном оспаривании сделок с заинтересованностью. 


В целом, определение не носит какого-то революционного значения для судебной практики, поскольку в нем ВС РФ стоит на ранее выработанных позициях, изложенных как в ст. 45 закона об ООО, так и постановлениях Пленума ВС РФ № 25 от 23.06.2015 года и № 62 от 30.07.2013 года. Примечательно, что ВС РФ обратил внимание на процессуальные аспекты этого дела, такие как, например, принятие новых доказательств на этапе апелляционного рассмотрения дела без обоснования заявителем уважительности причин их не приобщения на стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции. Аналогично, подтвержден подход ВС РФ к исчислению сроков исковой давности по оспариванию сделок с заинтересованностью. Отметим также, достаточно верный с фактической точки зрения стиль оценки действий суда апелляционной инстанции. Так, ВС РФ прямо указывает, что «аргументы апелляции сводятся к оправданию невозможности взыскания убытков с директора его же собственным правонарушением, связанным с совершением сделки» или обращает внимание на тот факт, что соглашаясь с доводами апеллянта, суд апелляционной инстанции «даже не сослался на доказательства». Обычно такие оценки редко даются ВС РФ и, убеждены, в данном случае это связано с вопиющим характером нарушений при рассмотрении дела суде апелляционной инстанции.

Виталий Медко, юрист, управляющий партнер Юридическая фирма Medko Group


Максим Остроумов, младший юрист IM Legal, отметил, что Верховный суд РФ в очередной раз указывает на необходимость внимательного и тщательного анализа законодательства и фактических обстоятельств дел судами нижестоящих инстанций.

Как указано в определении, аффилированность Кондрашкина (бывшего генерального директора ООО «Сервис 2412») с ООО «Стримавто» вызывает большое количество вопросов в совершенной сделке по купле-продаже ТС, так как имеется явная экономическая выгода для общества «Стримавто». Недобросовестное поведение единственного участника ООО «Стримавто» Кондрашкина в отношении ООО «Сервис 2412», которое выразилось в отчуждении технически исправных ТС, без каких-либо замечаний по качеству и (или) техническому состоянию по цене в 3,4 раза меньше рыночной цены без соответствующего согласования с единственным участником ООО «Сервис 2412», способно негативно повлиять на позицию Кондрашкина при повторном рассмотрении дела судом первой инстанции.

Максим Остроумов, младший юрист Юридическая фирма IM Legal

По мнению Максима Остроумова, сложно сказать, сможет ли комментируемое определение Верховного суда повлиять в настоящем на судебную практику по спорам о взыскании убытков за экономически невыгодные сделки, которые были совершены генеральным директором.

«Однако хотелось бы верить, что настоящая позиция ВС РФ повлияет не только на суд, который рассматривал настоящий обособленный спор, но и иные суды в спорах со схожими обстоятельствами», — отметил он.

На мой взгляд, максимально странное определение Верховного суда РФ. Прежде всего, судебная коллегия на протяжении всей мотивировки указывает на нарушения, допущенные судом апелляционной инстанции, а в итоге отменяет и решение суда первой инстанции, не указав мотивов такой отмены в принципе. В то же время в качестве оснований для отмены постановлений судов апелляционной и кассационной инстанции Верховный суд РФ указал отсутствие мотивировки сделанных выводов. По сути же Верховный суд РФ пришел к выводу, что никакие важные обстоятельства не установлены, надо установить их по правилам. Вызывает сомнения пассаж Верховного суда РФ о том, что единственный участник не мог узнать об отчуждении автомобилей. В данном случае речь идет о том, что общество продало более 100 машин. Как можно не заметить такое изменение имущества, Верховный суд РФ не объясняет. По сути в рассматриваемом постановлении нет новых подходов или задания процессуальных трендов.

Артем Комсюков, юрист, руководитель офиса г. Екатеринбург BFL | Арбитраж.ру

Максим Лухманов, адвокат, руководитель проектов, ProLegals, отметил, что в рассмотренном деле СКЭС ВС РФ довольно глубоко погрузилась в оценку доказательств, однако по мотивам определения можно сделать и некоторые абстрактные наблюдения.

Во-первых, определение демонстрирует довольно высокий стандарт доказывания, который нужно выполнить директору для опровержения презумпции причинения корпорации убытков в результате заключения директором сделки в условиях скрытого конфликта интересов. Опровергнуть указанную презумпцию возможно, доказав необходимость заключения такой сделки, соответствие ее условий сложившемуся рынку и интересам корпорации. Но каждый элемент необходимо доказывать с повышенной степенью убедительности, например, как в рассмотренном деле, подтверждая изменившуюся бизнес-модель деятельности общества конкретными документами. Во-вторых, ВС РФ снова повторил, что для обоснования размера упущенной выгоды истец не обязан предоставлять доказательства принятия мер и приготовлений к ее получению. Размер упущенной выгоды от сделки на нерыночных условиях может быть доказан отчетом об оценке, против которого не было представлено сопоставимых доказательств и не заявлялось ходатайство о проведении судебной экспертизы.

Максим Лухманов, адвокат, руководитель проектов Коллегия адвокатов ProLegals

В-третьих, рассказал Максим Лухманов, ВС РФ снова обратил внимание на то, что принятие апелляционным судом новых доказательств не может быть обосновано только их важностью для рассмотрения дела. Лицо, участвующее в споре, должно обосновать невозможность их предоставления в суде первой инстанции по уважительной причине.

«В-четвертых, применительно к исчислению срока исковой давности ВС РФ указал (хотя и несколько противоречиво), что директор, скрывавший факт совершения сделки в условиях конфликта интересов, не вправе ссылаться на то, что сокрытая им информация могла бы быть выявлена истцом и ранее прекращения полномочий такого директора. Эта правовая позиция может сильно помочь укладывать свои требования в срок исковой давности многим корпорациям, которые обычно инициируют аудит многолетней деятельности предыдущего руководства только после прекращения его полномочий», — отметил он.